| Я учусь менять имена и лица
Я учусь менять имена и лица. Полет за невидимую границу Будет длиться, пока мой мозг не сломается, Горизонты безумия расширяются Пропорционально движениям тела. Жареной курицей улетела В разбитую форточку наша сказка. Мое астральное «я» нервно щурит глазки Из черной дыры покрасневшего уха. Небо опять хладнокровно глухо К молитвам моим (впрочем, как и к проклятиям). Я рисую на лбу что-то вроде распятий, Выражая тем самым свою духовность. Моя адекватность – всего лишь условность, В рамках придуманной мною же нормы. Душа принимает любые формы И, может, я в будущем палочка Коха. Или амеба…что тоже неплохо. __________________________________________
Стены ночи дрожат от грома...
Стены ночи дрожат от грома, Луна споткнулась о тучу тьмы… И я напугана, брошена, сломана, Иду одна. А должны бы мы…
Стеклянные шторы ливня с неба, Мир чёрно-белый, как в старом кино… И я одна. А хотелось мне бы, Чтоб были – мы… как давным-давно…
Запах, как в унитазном сливе- Добрый запах родной земли… Бурлит, кипит и корчится ливень… И я одна. А ведь мы могли…
Небо выгнулось, выпятив пузо, Ноги скользят в полотне дождя… Капли несутся тяжёлым грузом, Слетают стаей туда, где я…
Где я одна. И воды звучание… Одежда, пьющая влагу, как губка… И я одна. А в глазах – отчаянье… Еле двигаю ноги, облитые юбкой…
|
Вот жаба, обмазанная вареньем...
Вот жаба, обмазанная вареньем! Здравствуйте, жаба! - сказать и быстрей уйти, Радуясь первый раз в жизни плохому зренью, Хоть не придется видеть, как жмет к груди Липкими жабьими лапами рыбий глаз, Выпавший из гнилой головы системы… И так это жутко…что впору пуститься в пляс. Или смеяться. Сползая спиной по стенам…
________________________________________
Отчего же так страшно, Боже?..
Отчего же так страшно, Боже?.. Будто я верю тому, что вижу… Знаешь, когда я была моложе, Было небо дальше, но Ты был ближе…
Господи, только тебе и мне, Двоим известно, как было сложно, Вены не вскрыть, не повеситься на ремне, Дав себе право решать - что нельзя, что можно.
Прости меня, Боже. Достойная дочерь Евы, И дальше я буду жить, нарушая заветы, И плакать потом, пожиная свои посевы, И сетовать в небо: «Господи Боже! Где ты…»
_________________________________________
Верный пес оказался блудливой сукой...
Верный пес оказался блудливой сукой – Павлов был бы такому рад… И я продаю вероломного друга, В пол опуская виновный взгляд.
Живодер назначает хорошую цену, И вот твой ошейник в его руках… Собака, способная на измену, Живой не должна уходить с лотка.
И ты вырываешься с лаем и храпом, Страх глупо прячешь за хищным оскалом, Но поздно скулить, морду тыча в лапы- Ты предан, ты продан… А я осталась.
|